Пусть с небольшим опозданием, когда уже несколько комплектов наград обрели своих хозяев в этом волшебном городе на берегах Арно, но «Телеграф» начинает открывать свою Италию. Все самое главное и интригующее еще впереди.
Италия встретила, как и предполагал, жарой (плюс 27 в конце сентября – это норма для здешних мест), сумасшедшими водителями, которые даже на двухполосных трассах в ночи гоняют как угорелые, а показывать поворотник, такое ощущение – это дурной тон (во всяком случае на пути из Рима во Флоренцию таких «правильных», как я, нашлись единицы), а еще нашествием велосипедистов. Флоренция сейчас поделена на секторы как праздничный пирог: туда не едь, сюда не ходи. Так что этот город для автомобилистов сейчас – сущий ад. Надо учитывать еще и то, что в самый центр города и в простые дни на автомобиле не попасть. Вблизи той же, к примеру. визитной карточки города — собора Санта Мария Дель Фьоре, разрешен проезд только общественному траспорту или такси.
Так что мне пришлось здорово покружить, пока удалось отыскать аккредитационный центр, расположенный в здании регионального отделения Итальянского телевидения RAI, а потом уже отправиться в сторону спортивного комплекса Нельсона Манделы, где, по сути, все и происходит. Тут вам и прессс-центр, и трасса с финишными воротами, и площадь для награждений.
Болезнь Стендаля
Впрочем, лучше автомобиля еще не придумано. Даже в эти дни в городе, где подобные мысли могут показаться кощунственными. Так что в первые дни поход по самым знаменитым местам города, подарившему таких титанов цивилизации, как Леонардо да Винчи, Микеланджело, Данте или Галилей, осмотр достопримечательностей от Палаццо Питти до площади Синьории, откладывается до лучших времен. Может быть это и правильно, а то неровен час, можно и «болезнь Стендаля» подхватить, что для журналиста – конец командировки.
Поясняю. Название синдрома было дано в честь французского писателя XIX века Анри Стендаля, описавшего в книге «Неаполь и Флоренция: путешествие из Милана в Реджио» свои ощущения во время визита в 1817 году во Флоренцию. Несмотря на множество описаний приступов у людей, посещавших флорентийскую галерею Уффици, синдром был описан только в 1979 году итальянским психиатром Грациэллой Магерини, которая исследовала и описала свыше 100 одинаковых случаев среди туристов. Подверженный этой болезни, попадая в место, где выставлено большое количество красивых предметов искусства, испытывает головокружение, тахикардию, волнение и иногда галлюцинации (Стендаль от переполнивших его чувств три дня не мог говорить после увиденного). Впрочем, это уже медицина. Уффици пока подождет...
Спортивный Давид — Джино Бартали
От велосипедов тут никуда не дется в самых неожиданных местах. Это вполне привычная, как оказалось, картина, когда даже в пресс-центр мои коллеги вкатываются на вело, в шлеме и в костюме. При полном параде, так сказать. Сам пресс-центр, оборудованный в соотвествующем стиле (кругом поработали ландшафтные дизайнеры, выставив в горшках неземную красоту, в самом центре из цветов соорудив, понятное дело, велогонщика), размещается прямо на паркете баскетбольной площадки. Вот так и сидишь в центре, а кругом трибуны.
Флоренция – это еще и Давид Микеланджело, нет так ли? Тот, настоящий, возле которого обычно женщины замирают в изумлении, находится в Академии изящных искусств. В пресс-центре – своя скульптура примерно в такую же величину: организаторы чемпионата мира отдали дань уважения своему земляку Джино Бартали, самому известному гонщику Италии до Второй мировой войны (две победы на «Тур де Франс» и три — на «Джиро»). У журналистов он пользуется большой популярностью. Во всяком случае фотографируются с ним каждый второй.
Латвийский десант
На Аппенины высадился и внушительный десант латвийских велогонщиков. Всего — 12 спортсменов. Но еще до моего приезда стало ясно, что пока что Латвия звезд с тосканского неба не хватает. Наши «андеры» (возраст велогонщиков до 23 лет) в гонке с раздельным стартом на 43,5 км заняли места в пятом десятке – Анджс Флаксис был 40-м, Андрис Восекалнс – 47-м. В такой же гонке, но у юниоров Райвис Сарканс показал 65-е время, Андрей Поданс — 68-е. У женщин наша Вита Хейне только 39-я среди 45-ти проехавших. На дистанции 21 км она больше трех минут проиграла чемпионке мира Эллен ван Дийк из Голландии. Интервью с латвийской надеждой 22-летним Томом Скуиньшем читайте ЗДЕСЬ
А сегодня вечером я переживал за Мотю – Алексея Сарамотина, который в одиночку представлял Латвию в «разделке» на 57,9 км. Это уже элитная группа, где ему пришлось соперничать с такими монстрами, как Канчеллара, Уиггинс, Финни, Мартин и другими. На заключительных 10-ти километрах по Флоренции насчитывается много поворотов, и от раздельщика здесь требовалось техническое мастерство и колоссальный опыт их прохождения. Такая наступает «эпоха Возрождения» на двух колесах (именно мыслители Флоренции положили начало эпохе Возрождения). В это трудно поверить, но Флоренция впервые принимает чемпионат мира, хотя Италия добивалась этого 12 раз. Какая несправедливость!
Флоренция
