В последнее время о нем мало что было слышно. Вот почему я искренне обрадовался тому, что Андрей Игнатович вернулся домой. Причем в качестве тренера. Это ведь здорово, когда опытный хоккеист остается в спорте, пусть и в другом качестве. Здорово вдвойне, когда сын идет по стопам отца. А в случае с семьей Игнатовича — это 16-летний Руслан. Гены, ничего не скажешь...
Есть у кого поучиться уму-разуму
— Андрей, не стыжусь признаться, как решил встретиться с тобой. Просматривая в начале сезона протоколы матчей чемпионата Латвии, наткнулся на знакомую фамилию. Разумеется, я понял, что это не Андрей, так как речь шла о матчах «Риги-95». Однофамилец? Может быть. А может быть родственник? Оказалось, что это твой сын Руслан. Вот так я и добрался до тебя через сына.
— Сам понимаешь, что рано или поздно приходится заканчивать с хоккеем. Как-никак 40 лет стукнуло.
— В субботу стукнет 41. Извини, заранее поздравлять не буду. Но в том-то и дело, что пролетали сезон за сезоном, но я нисколько не удивлялся, когда в очередной раз узнавал, что Андрей Игнатович играет во Франции, потом в Польше, потом в России. Не верилось как-то, что ты можешь уйти на пенсию.
— Знаешь, по большому счету еще можно было годик-другой поиграть. И желание были, и силы не иссякли, есть здоровье.
— Но с другой стороны, твое поколение уже повесило коньки на гвоздь.
— Все это так. Но что делать — время неумолимо. А тут предложение поступило заманчивое.
— Ты имеешь ввиду «Ригу-95»?
— Да, мне предложили стать ассистентом у Вячеслава Назарова.
— Скажу прямо — с наставником тебе повезло.
— Еще как повезло. Есть у кого поучиться уму-разуму. По большому счету если бы не «Рига-95», я бы играл еще. Ведь я был на распутье, ждал очередного предложения, но оказался в латвийской команде.
— «Рига-95» — это все-таки стабильность.
— Команда городская, на попечении думы. Так что стабильность — тут точное определение. Ее судьба не зависит от настроения спонсора.
Счастье быть нужным дома
— Таких примеров перерождения игрока в тренера, если мы говорим о вашем поколении, достаточно много — Айгар Ципрус, Леонид Тамбиев, Артис Аболс, Виктор Игнатьев. Все они — в динамовской системе. Александр Керч также нашел себя в тренерском деле, в чемпионате Латвии одну из команд возглавляет Константин Григорьев.
— Это идеальный вариант, ведь игроки не уходят из хоккея, а могут передавать свой опыт детям, молодежи. Это же счастье, когда ты нужен дома, когда есть хорошая организация, когда вокруг тебя — понимающие люди.
— А с чего началось все?
— Еще прошлым летом я был на сборах в Броцени, помогал Лене Тамбиеву. После этого мне позвонили и предложили попробовать себя тренером.
— И ты долго не думал?
— Нет конечно. Работать с детьми мне нравится. А когда рядом такой специалист, как Вячеслав Николаевич — это еще и большая школа. Сейчас я как губка — впитываю все. Да, у меня есть хоккейный опыт, но тренерского пока маловато. А ведь надо работать с детьми. Это ювелирная работа. Можно, конечно, доходить до всего своим умом. Но тогда набьешь много шишек.
— Перед тем, как покончить со своей кочевой жизнью, ты советовался с друзьями, родными? Наверное, приятно удивил свою супругу?
— Примерно так и было — позвонил жене и сказал, что не против ли ты, если я останусь в Риге. Конечно жена обрадовалась. Тем более, что я оказался в одной команде с сыном.
Отцы и дети в хоккее
— Вечный вопрос отцов и детей. Наверное, поблажки своему все-таки делаете?
— Как раз наоборот. Спрос — еще больше. Не придираюсь, но спрашиваю строго. Это вне площадки я для него папа. На льду — только тренер. Иначе нельзя. Вроде как все складывается неплохо. Недомолвок нет, продолжаем работать.
— Тем более не надо забывать, что это папа пришел в команду сына.
— «Рига-95» существует три года, и с самого начала сын играет в ней.
— «Рига-95» приятно удивила в этом сезоне. Она попала в плей-офф чемпионата Латвии, где смогла дать бой лиепайскому «Металлургу-2».
— Никто ведь не думал, что так все сложится. Задача стояла простая — молодые ребята, 16-летние пацаны, получат отличную практику играя с более мастеровитыми коллективами. Но мы не просто играли, мы набирали очки.
Креветки, солнце на льду и прозрачные стены
— Давай поговорим подробнее о твоей игровой карьере, которая длилась более 20 лет. Особенно тебя покидало по Европе в последние годы — Франция, Польша, Россия.
— Один сезон провел во французском «Бресте». Отличная страна, нормальный контракт, жизнь — классная. Играл в первом дивизионе. Но мне там было скучновато.
— Чего это вдруг?
— Тренировки — это хорошо, но одна игра в неделю по субботам... Всего 26 матчей. Ну очень мало. Я привык к другому ритму.
— В «Бресте» ты играл с Сашей Керчем.
— Саше там не понравилось. Да и с президентом клуба он так и не нашел общий язык.
— А какой там был хоккей?
— Спокойный, размеренный. Ничего выдающегося. Играй в свое удовольствие, ешь креветки, отдыхай.
— Для окончания карьеры — отличная бухта. Не правда ли?
— Согласен. Предложили бы продлить контракт — остался бы. Но этого не случилось. Перед командой стояла задача выйти в высший дивизион — Magnus-лигу. Мы же уступили в финале. Ну и президент разогнал всю команду, которая в большинстве свое состояла из иностранцев. В «Бресте» играли 9 словаков, по два чеха и канадца, один россиянин и я. Была еще пятерка французов. Но она в основном сидела на скамейке запасных. Мы же играли в три пятерки.
Куриный босс
— Босс команды — какой-нибудь король майонеза?
— Нет, не майонеза. Но ты был близок к истине. Он торговал куриным мясом. Человек состоятельный, пожилой и очень сварливый. Даже если мы выигрывали 20:0, все равно ему что-то не нравилось.
— За «Брестом» следишь еще?
— Что до меня эта команда безуспешно пыталась вернуться в высший дивизион, что после. Она снова где-то болтается, никак не может подняться.
— Мне кажется, что Франция — не хоккейная страна. Многое в ней было для тебя удивительного и странного?
— Хоккей везде одинаковый. Другие вещи иногда поражали. Например, ледовые арены. Они точно не были хоккейными в нашем понимании. Там везде лед больше для массового катания. Арена со стеклянными стенами — это нормально. Играешь, и солнце на льду. К этому надо было привыкать. Шарики висят, хлопушки — такой вот антураж. «Брест» отличался тем, правда, что 2 000 болельщиков все же приходили на наши матчи.
Польша — короткая остановка
— Потом ты оказался в Польше.
— В «Торунь» меня сосватал Эвалд Грабовский. И вновь надо было спасать команду, которая вылетела из высшей лиги. А там система такая, что перед сезоном проводится квалификационный турнир, победитель которого возвращается обратно. До меня в «Торунь» завербовались Томс Блукс и Эдгар Адамович. Это защитники, а им нужен был еще и нападающий. Так я и попал туда.
— Насколько я в курсе, роман с польским клубом длился недолго?
— Этот турнир мы не выиграли, а значит задачу не выполнили. Еще будучи в Польше мне из России позвонил Григорий Чирков, который играл за «Клин». Это 70 км от Москвы. Российский вариант был быстрым, то есть надо было сразу давать ответ, в то время как в Польше у меня был шанс остаться. Но клуб первого дивизиона не мог заявлять трех иностранцев. В «Торуни» не могли так быстро решить вопрос с легионерами. Вот почему я полетел в Россию.
— Но ведь «Клин» — это даже не высшая лига России?
— Это первенство клубных команда России региона «Центр». Так назывался этот чемпионат.
За шнурками — к президенту
— Смею предположить, россияне с контрактом не обидели. Так?
— Знаете, если бы не включенный диктофон, я много бы что наговорил. Давай не будем о больном. Скажу так — я пожалел, что оказался в этой команде. Как сейчас помню — приехал в «Клин», сижу в раздевалке на первом собрании и тренер нам говорит — «Ребята, играйте, и у вас все будет». Я сижу и ломаю голову, вспоминая: «Где же я это слышал уже 20 лет назад?». В общем, денег толком не было. То платили, то не платили, и еще остались должны. Как обычно. О премиях и речи быть не могло. Доходило до смешного — если у тебя порвались шнурки, надо было обращаться к президенту клуба, так как администратор сам не мог решить этот вопрос. Он брал бумагу, шел к президенту, и только потом в магазин.
— Про тактику не буду спрашивать.
— Я за всю жизнь не играл столько «все на все». Знал бы я, что так все будет, не уехал бы из Польши.
— Ты сказал о задолженности российского клуба. А раньше такие неприятные вещи случались с тобой, где еще застряла твоя зарплата?
— К сожалению «Клин» — это не первый случай. И в Дании, и в Финляндии такое случалось. Но я их прощаю.
Всем должникам прощаю...
— Финляндия вроде как хоккейная страна.
— Вот и для меня это странно. Может я сам такой невезучий... Единственная страна, где в этом плане все четко и без обмана — Швеция.
— Поэтому ты можешь сыну смело советовать — в Швецию можешь ехать, а вот в «Клин» не надо.
— Он еще молодой, пусть дома поиграет.
— Вопрос, может быть, тебе покажется, лишним, но почему ты Руслана отдал в хоккей? Неужели в вашей семье одного хоккеиста было мало?
— А он сам выбрал. Правда, не сразу. Он у меня ходил на футбол в Иманте, и моя мечта была сделать из него футболиста. И у него получалось неплохо. Но так как свою семью я возил с собой, он, понятное дело, часто был на моих тренировках. На коньки он встал в четыре года, когда я еще играл в Дании. Выбор был естественным. Сначала со стульчиком он был на льду, потом самостоятельно стал передвигаться. Более серьезно он стал заниматься, когда я переехал в Финляндию.
— Если мне не изменяет память, твоя жена тоже бывшая спортсменка?
— Когда-то она занималась фигурным катанием. Потом стала тренировать. В том числе и в Финляндии. Она брала Руслана к себе на занятия и учила. А в Швеции он играл уже в команде. Так началась его карьера. Вернувшись в Ригу, он пошел в 55-ю школу.
— Он будет выше папы?
— Надеюсь, что да. Сейчас он уже сравнялся со мной по росту.
— Маленьким в хоккее непросто...
— В хоккее разные нужны, но сейчас все же габаритному игроку легче.
Окончание следует.
Досье. Андрей Игнатович.
Родился 24 марта 1071 года. Хоккеист. Амплуа — нападающий. Воспитанник «Латвияс берзс». Первый тренер — Андрис Силиньш. В сборной Латвии провел 93 матча (30 голов и 45 передач). Выступал на семи чемпионатах мира с 1993 по 1999 годы. Профессиональную карьеру начинал в «Пардаугаве» (1992-1995), затем, вплоть до 2011 года защищал цвета клубов Дании, Финляндии, Швеции, Франции, Польши и России. Три сезона провел в составе «Риги-2000» (2004-2007), еще два — в «Огре» (2007-2009). С 2001 года — ассистент главного тренера в «Риге-95» (чемпионат Латвии).
