В столь солидной компании он заставил обратить на себя внимание своим выдающимся ходом по лыжне да стабильными местами в третьей десятке. Понятно, что пока речь не идет о пьедестале почета, но зато в копилку общего зачета очки прибавляются, и очень даже неплохо.
В Австрии, напомним, расклад оказался следующим. Последнюю гонку — эстафеты, выиграли норвежцы. И мужскую, и женскую. В спринте не было равных немцу Андреасу Бирнбахеру и белоруске Дарье Домрачевой, в гонке преследования — Якову Факу из Словении и норвежке Сюнневе Сулемдал. Латвия, можно сказать, выступила, как всегда, скромненько, если бы не результаты Андрея Расторгуева. В спринте на 10 км он был 29-м, в «персьюте» — 24-м. И это несмотря на четыре промаха.
Звонок Телеграфа застал первого номера сборной Латвии в пути. Наша команда на машине как раз переезжала из Австрии в Словению. В Поклюке, как известно, намечен следующий этап Кубка мира. Андрей Расторгуев рассказал, что было самым сложным в Хохфильцене, чем отличается латвийская команда от других, в чем секрет его стремительного лыжного хода. Поведал он и о том, что неважная, мягко скажем, ситуация с финансами нашей федерации не позволяет полноценно готовиться и выступать на главных соревнованиях.
На машине с лыжами по всей Европе
— Андрей, судя по звуку в телефонной трубке, вы сейчас в пути?
— Едем в Словению на следующий этап Кубка мира.
— Надеюсь, не в поезде?
— Да нет, что вы. До этого не дошло пока. Минивэн федерации. На нем и передвигаемся по Европе. Все в одной машине — и люди, и снаряжение.
— Насколько я помню, у больших сборных, таких как Норвегия, Россия, Германия, снаряжаются целые фуры.
— Это действительно большие команды. Там совсем другой уровень. Другой во всем. С нами сравнивать не надо.
В Австрии массажиста уже не было...
— Наверное, это такие передвижные лаборатории или мастерские.
— Там у них все есть.
— Сколько вообще тренеров и сервисменов находятся на этапах Кубка мира в сборной Латвии?
— Один тренер и два человека, которые помогают в подготовке лыж. Речь идет главным образом о смазках. Сами понимаете, насколько это важная у нас вещь. У нас работают Айвар Богданов и Интар Спалвиньш. В Австрию приезжал президент нашей федерации Янис Берзиньш. На первом этапе в Швеции с нами был даже массажист. Но в Австрию он уже не поехал.
— Куда же он пропал?
— Ему не нашлось замены. Он же не при сборной, а наемный. Он был занят, а на нового массажиста, видимо, не было денег.
С большими сборными нас сравнивать не надо
— Боюсь даже спрашивать, сколько обслуживающего персонала в других сборных?
— Да у тех же литовцев побольше будет. У них хотя бы есть врач. А что касается больших команд, то это 7—8 сервисменов, столько же тренеров, по два врача и массажиста. Большие бригады.
— Кстати, в сборной Литве Илмар Брицис по-прежнему работает?
— Брицис — в Литве, Чакарс — в Эстонии. Наши тренеры востребованы.
— А если что-то случается, требуется помощь врача, вы ведь наверняка можете обратиться к другой команде, чтобы помогли?
— Это все сложно. Хотя, понятно, никто не откажет.
Таинственный помощник
— В одном из своих интервью вы так и не раскрыли секрета вашей высокой скорости на лыжне. В одной гонке в Швеции вы показали абсолютно лучший ход, а в Австрии, в гонке преследования, даже с 9-м ходом и четырьмя промахами смогли обойти пятерых. Кто же этот волшебник?
— Зачем вам имя? Просто этот специалист хорошо разбирается в лыжах. Он помогает мне их тестировать. Я сам его нашел, он не из Латвии, сам уговорил поработать вместе. Так выходит, что все надо делать самому.
— Судя по всему, уже сейчас ваше сотрудничество можно назвать успешным?
— Согласен — старт сезона получился неплохим.
— Но не идеальным?
— Ошибки есть, я их знаю, работаю над их устранением. Задачи на сезон поставлены, и постараемся их решить. Пока что не все получается.
Прогнозы делать рано
— Многие из ваших конкурентов не форсируют спортивную форму, видимо, делают ставку на чемпионат мира.
— У каждого — свои планы, своя тактика. Вон, посмотрите, как стартовал Мартен Фуркад. Бегут французы, бегут австрийцы, норвежцы тоже начали мощно. А вот те же немцы — не бегут.
— Сборная Германии к тому же переживает смену поколений.
— Только-только из большого спорта ушел Михаэль Грайс, например. Сейчас вообще трудно делать какие-то прогнозы. Сезон только начался.
— Давайте вернемся к вашему выступлению в Хохфильцене. Результатом довольны?
— Мог выступить и лучше. Вообще в Австрии тяжелая трасса. Уже четвертый год я приезжаю сюда, и каждый раз — непросто.
— Сложный рельеф?
— Я бы не сказал. И вроде как не высокогорье — всего-то 1000 метров над уровнем моря. Но она какая-то особенная, специфичная. На этот раз спринт у меня получился очень тяжелым. В гонке преследования было уже полегче.
База — тренировки в Алуксне
— Подготовка к сезону была насыщенной, как она проходила?
— В основном тренировался дома, в Алуксне. Заграница? Один раз выезжал на трехнедельный сбор в Австрию, а лыжный ход отрабатывал в Финляндии. В общей сложности это еще пять недель.
— Что скажете о других ребятах нашей команды?
— Ничего плохого. У нас дружный коллектив. Ребята постепенно подтягиваются. Они молодцы — работают серьезно.
— Что ж, пожелаю вам удачи в Поклюке. Может, там у вас получится занять место во второй десятке. Ведь выше 20-го на Кубке мира вы еще ни разу не поднимались. Но ваши последние результаты радуют — есть прогресс, и это главное. Так держать, Андрей.
Полностью интервью с Андреем Расторгуевым читайте в сегодняшнем номере Телеграфа.
