Что он там делал? Бежал марафон. Еще до его отъезда в Германию мы договорились с ним встретиться. Так что я заранее был настроен на «беговую волну», собираясь расспросить его не только о непростом забеге, но и Октоберфесте. Вообще, Лаурис — парень увлеченный и увлекаемый. У него масса хобби — от марафона до игры на гитаре, от изучения языков до коллекционирования каких-нибудь безделушек. С таким всегда интересно разговаривать, ведь тем — море. Но спорт нас всегда объединял. И в 2003 году, когда мы с ним «потерялись» в ночи в одном из заведений Турку, где проходил чемпионат мира по хоккею, и в 2005-м на чемпионате Европы по баскетболу в Сербии. Дорогу от Нови-Сада до Белграда, мне так кажется, он до сих пор не может вспомнить (пусть эти подробности останутся между нами).
Так что я нисколько не удивился когда узнал, что он начал бегать. Диктор, читающий перед камерой новости спорта и реальные занятия им... Вообще-то тут мало логики, хотя на первый взгляд, что может быть логичнее? Просто это в его стиле все резко менять. Бегать на серьезном уровне? Пожалуйста. Что странно — сразу марафон. Ну не сумасшедший?
— Лаурис, как Мюнхен, как пиво? Ты что, нарочно так подгадал, чтобы бежать в одно время со знаменитым Октоберфестом?
— Ничего не подгадывал. Кстати, марафон и праздник пива разведены на неделю. Там и так народу много. Пиво? Много выпил. Но безалкогольного. Одна из пивоварен была генеральным спонсором марафона. Так что можешь представить себе, что творилось после забега, когда его участники решили праздновать это дело на Олимпийском стадионе.
— Том самом, где проходила Олимпиада 1972 года?
— Том самом, где наш легендарный копьеметатель Янис Лусис два сантиметра проиграл немцу Клаусу Волферману, став серебряным призером.
— Насколько я знаю, ты занимаешься бегом 4 года. Не рановато ли перешел на марафон?
— Да, только четыре года. Я ведь раньше был далек от всего этого. Но меня заразили бегом коллеги.
— С чего все началось?
— С того, что наш канал стал поддерживать Рижский марафон. Понятно, что тут же у нас образовалась своя команда бегунов. Ну и меня пригласили.
— Сильно сопротивлялся?
— Нет, не сильно. Просто деваться было некуда.
— Начинал с коротких дистанций?
— Нет. Какие пять километров? Это для меня было несерьезно. Уже в первом подходе осилил полумарафон.
— Не страшно было вот так сразу?
— Не не так чтобы сразу. В школе я немного занимался легкой атлетикой — спринт, копье. Но это все было несерьезно. После я долго ничем не занимался. А что касается самого начала моей беговой эпопеи, то весной 2008-го я немного потренировался, и вперед.
— Видел-видел. В Пардаугаве бегаешь.
— Да, в районе Ботанического сада. Когда было свободное время, шел бегать. Сначала было очень трудно, но с каждым разом круги нарезал с большей легкостью.
— Наверное, первые тренировки со стороны выглядели дилетантскими?
— Тут я не самоучка. Когда готовился к полумарафону, консультировался со специалистами. Со временем стал разбираться, в какой обуви лучше бегать, как правильно питаться, какие витамины употреблять. Много что поменялось в моей жизни. Все-таки бег на длинные дистанции — это не шутки. Так что со многими вредными привычками надо было расстаться.
— За весом следишь?
— А как же. Чем ты меньше весишь, тем легче тебе бежится.
— И когда ты впервые пробежал 42 км 195 метров?
— В 2010 году, это был все тот же марафон Nordea.
— О времени, показанном на финише, лучше не спрашивать?
— Спрашивать можешь, но, разумеется, ничего выдающегося не было. В 4 часа я не уложился. Мой первый рижский марафон — 4 часа и 35 минут, второй был уже на 15 минут быстрее. Но и не время было главное, поверь.
— Главное — финишировать.
— Совершенно верно. Было и такое, что часто переходил на шаг. Не без этого. Я ж не профессионал.
— После двух марафонов в Риге ты стал заглядываться на остальную Европу.
— Знаешь, я просто утратил мотивацию. Опять в Риге все та же трасса, ничего нового, а хотелось другое — других красок и других пейзажей, другой атмосферы.
— И с этого момента ты стал коллекционировать свои марафоны?
— Я не просто марафонец теперь, я стала марафонским туризмом. Так можно выразиться?
— Наверное, марафонский туризм все же существует?
— Точно существует. Таких как я в мире — очень много. Из Латвии — в том числе. Скажу больше — даже пилоты Air Baltic не упускают возможность выйти на старт, когда они находятся за рубежом.
— Итак, ты вырвался из Риги, и...
— До Мюнхена бежал в Мадриде и Афинах.
— Есть что вспомнить?
— Не говори — впечатления на всю жизнь. Начал с Афин.
— Это и понятно. Самая что ни на есть классика.
— Марафон ведь пошел оттуда. Греки ежегодно организуют исторический забег, максимально приближенный к тому самому первому, по той же дорожке. Только вот мне с погодой не повезло. Был ноябрь, думал, попаду в золотую осень, а прилетел — холод, дождь. Да и трасса меня разочаровала. Бежать по шоссе, да еще в гору, когда встречный ветер — не велика радость. Хорошо, что финиш был на античном стадионе Панатинаикос. Колорит!
— Процесс заявки и регистрации...
— Сейчас все очень просто. Через интернет все можно сделать. Зашел на официальную страничку, зарегистрировался, оплатил участие и вперед, за билетами на самолет.
— Чем раньше заявишься, тем дешевле участие. Так ведь?
— Так везде. Исключения есть, но они касаются самых престижных марафонов. Например, нью-йоркского. Бежать там — дорогое удовольствие, только взнос — под 200 лат. А ведь туда нужно еще добраться. Не ближний свет.
— Наша Елена Прокопчук навряд ли платит.
— Она — профессионалка. Это отдельная, элитная группа. В Нью-Йорк ее приглашают. В Европе в среднем взнос — около 100 евро. В эту цену, как правило, входит сувениры, медаль, фото, еще что-то. Есть марафоны подешевле — римский, на который я глаз положил. Он пройдет в марте будущего года, что любопытно — там надо бежать по брусчатке. Или в Барселоне. 50 евро если все делать заранее. Хочется пробежать по Парижу. Только он подороже.
— На каждом марафоне все участники делятся ведь еще и по результатам.
— Конечно. Есть несколько дистанций — от самых коротких на 5 км, до марафонской, есть и несколько групп участников. Профессионалы стартуют отдельно. Но они в меньшинстве. Большинство — это любители, как я. Таких много. На европейских марафонах, в которых я участвовал, около 20 тысяч выходили на старт. Примерно как в Риге.
— В плане организации — на них все в порядке?
— Мне не на что жаловаться. Что-то заболело, сестричка на роликах тут как тут, и уже мазь предлагает.
— В этом году в Мюнхене был у тебя уже второй марафон. Не многовато ли?
— Да нет. Есть такие, кто бегает по восемь марафонов в год. У меня нет сил и времени, чтобы так часто бежать. Да, весной этого года бежал в Мадриде, где с погодой уже было получше. Даже — жарковато. Понравилось то, что жители нас бурно приветствовали, здорово поддерживая на протяжении всей дистанции. Кстати, с тех пор я увлекся испанским языком.
— Как семья восприняла такие твои отлучки?
— Положительно. Жена в последнее время летает со мной. Во-первых, она помогает мне, на пунктах питания продавая что-то из питья и еды, во-вторых, для нее такие поездки — это лишняя возможность заняться шоппингом. Так что она не против моего увлечения.
— Брат, которого я каждый год встречаю на чемпионатах мира по хоккею в группе самых ярых наших болельщиков, уж тем более был не против.
— Его я пока что не догнал. Время у него гораздо лучше. До него мне еще расти и расти, то есть - бежать и бежать. На LNT он у нас до сих пор физорг. Именно он сколотил команду бегунов, с чего у меня все и началось.
— В Мюнхене какое время было на финише?
— Четыре часа и четыре минуты. Так что в следующем марафоне надо из четырех часов выбегать. В Мюнхене для меня были идеальные условия.
— Бег — твое главное хобби сейчас?
— Сейчас — да. Хобби вообще-то у меня много. Но на все денег не хватает. Из последнего — большой теннис. Что еще? Гитара и сквош. Про изучение испанского я уже говорил.
